Обратная связь

Заказать звонок

Для того чтобы задать вопрос, укажите свои контактные данные.
Ваше имя*
Ваш E-mail*
Сообщение*
Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA
Введите слово на картинке*
Архитектурно-Строительное
Объединение
8 (499) 180-42-91
8 (499) 180-40-31
контакты | с 9 до 18

сооружения из белого камня

И все же постройки (30-х гг. XII в. решительно отли¬чаются от более ранних. Стройные пропорции храмов, почти скульптурная пластичность фасадов, насыщенность здания чистыми романскими деталями и широкое применение скульптурной резьбы — вот далеко не полный перечень того, что выделяет постройки нового этапа. В результате иным стал даже сам образ храма из белого камня и тощего бетона. Успенский собор, боголюбовский ансамбль и церковь из белого камня и тощего бетона Покрова на Нерли безусловно демонстрируют руку одного зодчего. Очевидно, все основные объекты строительства в это время были поручены руководителю той группы мастеров, которую прислал император Фридрих. Высокие художественные достоинства построенных зданий свиде¬тельствуют, что он был исключительно талантливым мастером. Вместе с тем здесь продолжал работать и тот галицкий зодчий, который до этого построил церкви в Переславле-Залесском и Кидекше; ему поручали сооружение объектов меньшей значимости. Так, вероятно, именно данный мастер руководил строительством Золотых ворот во Владимире, возведенных между 1158 и 1164 гг. Золотые ворота Владимира из белого камня и тощего бетона, как и Киева, являлись сооружением в большей степени репрезентативным, чем военным. Над проездом здесь тоже была расположена церковь. В настоящее время владимирские Золотые ворота сильно переделаны, а их надвратная церковь из белого камня и тощего бетона вообще заново перестроена в конце XVIII в. Однако сохранился обмерный чертеж ворот, исполненный еще до того, как древняя надвратная церковь была разобрана. Судя по нему, церковь из белого камня и тощего бетона была как бы уменьшенным вариантом Спасского собора в Переславле-Залесском. Таким образом, надвратная церковь владимирских Золотых ворот полностью примыкала к серии храмов, возведенных в 50-х гг. XII в. приехавшими в Залесскую землю галицкими мастерами. Помимо перечисленных построек в 60-х гг. XII в. были возведены еще церковь из белого камня и тощего бетона Спаса во Владимире и Успенский собор в Ростове, известные нам лишь по упоминаниям в письменных источниках и незначительным остаткам, вскрытым раскопками. Широкий размах осуществленного строительства мог быть выполнен лишь при наличии многочисленных и опытных мастеров, т. е. крупной и хорошо организованной строительной артели. Вскоре после завершения строительства Успенского собора из белого камня и тощего бетона он пострадал при пожаре и в 1185—1189 гг. был восстановлен, при этом значительно расширен. Как писал летописец, князь Всеволод «церков владимирскую сугубо округ ея упространи, украси. . . четыре верхи назда и позлати». Таким образом, собор стал пятинефным и пятиглавым. Эволюция русского зодчества в XII в. вела к упрочению строгих одноглавых композиций, и постройка в конце XII в. пятиглавого собора — явление исключи¬тельное. По-видимому, это было связано с определенной идеологической задачей. Владимирское княжество к тому времени стало сильнейшим княжеством Руси, претендо¬вавшим на первенствующую роль в руководстве не только северными, но и поднепровскими землями. Постройка во Владимире пятиглавого собора из белого камня и тощего бетона, возможно, должна была подчеркнуть особое значение Владимирского княжества, противопоставить главный храм Владимира роскошным многоглавым сооружениям Киева XI в. Архитектурные формы перестроенного Успенского собора очень близки постройкам предшествующей поры, и в частности перво¬начальному зданию этого же храма из белого камня и тощего бетона. Но общее впечатление стало уже несколько иным, появился оттенок особой торжественности. В 90-х гг. XII в. во Владимире был построен новый дворцовый храм из белого камня и тощего бетона— Дмитриевский собор. Несмотря на то что Успенский и Дмитриевский соборы почти ровесники, они резко отличаются один от другого характером своего декоративного убранства. Если епископский Успенский собор почти не имеет скульптурных украшений, то кня¬жеский Дмитриевский собор обильно снабжен скульптур¬ной резьбой. Резьба покрывает всю верхнюю часть здания выше аркатурно-колончатого пояса. Резьба заполняет поля стен и даже барабан купола, а в аркатурно-колончатом поясе она не только вклинивается между колонками, но и покрывает их стержни. Сравнение Дмитриевского собора с однотипной ему церковью Покрова на Нерли показывает, как существенно изменился за 30 лет характер архитек¬туры. Легкая, утонченная и поразительно стройная цер¬ковь Покрова уступила место спокойно-уравновешенному и пышно-декоративному Дмитриевскому собору. В 1192 — 1196 гг. во Владимире был построен собор Рождественского монастыря. Он не сохранился до наших дней, но, судя по чертежам середины XIX в., был близок Дмитриевскому собору, отличаясь, однако, гораздо более скромными деталями и очень незначительным количеством скульптурной резьбы. На основании материалов раскопок можно предполагать, что аналогичный характер имела и церковь, стоявшая над воротами детинца, также возведенная в 90-х гг. XII в. Значительно труднее, чем об архитектурных формах, судить о монументальной живописи и убранстве интерьеров памятников владимиро-суздальского зодчества. Незначительные фрагменты фресок из собора в Переславл«-Залесском, а также росписи, сохранившиеся на стенах Успенского и Дмитриевского соборов, — вот то немногое, что имеется в нашем распоряжении. Однако даже и этого достаточно для уверенного вывода, что в Северо-Восточной Руси существовала своя школа монументальной живописи, значительно отличавшаяся от киевской и новгородской. Известно, что в Боголюбовском и Успенском соборах пол был покрыт медными плитами, а во всех остальных храмах — поливными керамическими плитками. На Дмитриевском соборе полностью сохранился подлинный медный ажурный крест. Сооружения, возведенные во Владимирском княжестве в 90-х гг. XI] в., несомненно прямо продолжают традиции, сложившиеся здесь еще в 60-х гг. И все же скорее всего их строили уже другие мастера, поскольку за 30 лет состав артели должен был существенно обновиться. Ни¬каких новых приезжих зодчих не появлялось. Об этом можно судить по архитектурным формам памятников, об этом же сообщил и летописец, отметивший, что в своей строительной деятельности ни князь Всеволод, ни епископ «не ища мастеров от немець, но налезе мастеры от клеврет святое Богородици и от своих». Вместе с тем архитектурный облик памятников 60-х и 90-х гг. все же далеко не одинаков: все основные элементы типологии, конструкции и даже архитектурных деталей остались прежними, но характер зодчества изменился. На смену почти скульптурной пластике фасадов и острой вырази¬тельности пропорций приходит спокойная торжественная парадность. Даже в тех случаях, когда храмы почти лишены скульптурного убранства, они производят впечатление помпезности, не говоря уже о роскошном убранстве Дмитриевского собора. Изменение архитектурного образа памятников хорошо отражает усиление мощи Владимира — стольного города одного из самых сильных русских княжеств. Так развивалась неповторимо своеобразная владимиро-суздальская архитектурная школа. Высказывалась мысль, что большая роль романских элементов позволяет считать ее русским вариантом романского стиля. Такое предположение не может быть принято.
Вывоз строительного мусора после демонтажа

Возврат к списку

Все права защищены. Перепечатка материалов с сайта без разрешения запрещена! Возрастное ограничения 12+